Было у меня задание написать реферат на тему «Издатели-просветители дореволюционной России». И я так рада, что выбрала именно Сытина, ибо поражена и восхищена его деятельностью и жизнью. И очень обидно, что мы хорошо знаем издателей Британии и Америки и так мало слышали о русских издателях-предпринимателя>х.

А.П. Чехов о Сытине: "Это интересный человек. Большой, но совершенно безграмотный издатель, вышедший из народа. Сочетание энергии вместе с вялостью и чисто суворинскою бесхарактерностью ".  "У Сытина русским духом пахнет и мужика покупателя не толкают в шею".

Совсем не случайно именно так говорил знакомый не понаслышке с Сытиным Антон Павлович Чехов. Известно, что Сытин отучился всего 3 года в сельской школе, откуда сбежал, ибо не мог больше выносить непонятной ему зубрёжки. Просто так сложилось, что его увлекли книги (манящие «книги в кожаных переплётах плотными рядами стояли за стёклами дубовых шкафов»), когда он работал в Москве в лавке Шарапова, который торговал мехами и книгами. Именно там Иван Дмитриевич начинает своё знакомство с книжным рынком, общается с офенями (мелкими торговцами книг в городах и селах России, которые продавали книги с рук, точнее, с коробов - их называли книгоноши или офени) и изучает книги. Чуть позже он увидел, как рождаются книги в типографии, вероятно тогда и окончательно определилась его судьба. 

Известнейший издатель конца XIX - начала XX в. с нуля создаёт грандиозный холдинг. Сытин был знаком со всеми проблемами книгоиздательской деятельности в России – неразвитость и закрытость книжного рынка, отсутствие книжных магазинов и типографий во многих губерниях, книги были редкостью и продавались только в столицах; не было и законов о печати, только временные правила; и самыми большими проблемами были цензура и безграмотность. «Кругом была пустыня, девственный лес... все было окутано мраком бескнижия и безграмотности», - так оценивал перспективы книжного рынка сам Иван Дмитриевич.

В 25-летнем возрасте Сытин, одолжив денег у своего работодателя, основал собственную литографию. Она была более чем скромной - три небольших комнаты. Первоначально мастерская выпускала лубочные картинки, имевшие широкое распространение в народе, особенно в крестьянской среде. Издававшиеся лубки сразу обратили на себя внимание и по краскам и по сюжету. Сытин был весьма изобретателен: с началом русско-турецкой войны 1877- 1878 годов, он стал выпускать карты с обозначением боевых действий «Для читателей газет. Пособие» и лубочные картинки военных действий. Также издавались печатные листы с изображениями фрагментов истории: «как  Петр Первый  за  учителей своих заздравный кубок поднимает;  как Суворов играет в бабки с деревенскими ребятишками; как наши предки славяне крестились в Днепре и свергали идола Перуна...» и с религиозными сюжетами. Спрос  был  большой - перекупщики брали у Сытина товар нарасхват. Безусловно, это приносило издателю приличные доходы. В 1879 году у Ивана Дмитриевича появилась возможность купить собственный дом и оборудовать литографию на новом месте, приобрести дополнительное полиграфическое оборудование. И в 1883 году преуспевающее предприятие было зарегистрировано как «Товарищество И.Д. Сытин и К°». Созданная им фирма получила высокую оценку в Европе, ей не раз присуждались призовые места и золотые медали на всемирных выставках: в Париже в 1889 и 1890 годах, в Брюсселе в 1905 году.

К 1914 продукция Сытина составляла четверть книжных изданий России. За 50 лет в книготорговле Сытину удалось организовать сеть оптовых складов и книжных магазинов, четыре из которых находились в Москве, два - в Петербурге, по одному - в Варшаве, Киеве, Одессе, Харькове, Екатеринбурге, Самаре, Воронеже, Софии, Саратове, Иркутске, Нижнем Новгороде, Ростове-на-Дону, Харькове. Благодаря такой широкой сети Сытин наладил сбыт и получал довольно полные сведения о реализации продукции, оперативно вносил изменения в план выпуска изданий. Такого успеха он добился благодаря подходу к работе, особой любви к книгам и стремлению просвещать народ.

Подобной славе способствовало происхождение Сытина – крестьянский сын, он начал свою трудовую деятельность ребёнком в лавке купца Шарапова. Симпатии русского общества вызывал и факт близости Сытина к издательству «Посредник», существовавшему под эгидой Л.Н. Толстого. Основным делом И.Д. Сытина было его книжное издательство, где печатались произведения русских писателей, книги для народа, которыми торговали на ярмарках, календари. Став на ноги как издатель, Сытин начал заниматься и периодикой.

Не могу не отметить подход издателя к качеству работы, который, безусловно, заслуживает уважения. Сытин не только понижал стоимость издававшихся книг и тиражи изданий, но и постоянно старается улучшать качество изданий. Иван Дмитриевич покупал бумагу в Финляндии и вырабатывал ее самым дешевым способом; нанимал лучших специалистов; закупал за рубежом современное по тем временам высокопроизводительное типографское оборудование, что позволяло существенно увеличивать тиражи книг. Даже на первую литографическую машину он потратил 7 тыс., из них 4 тыс. руб. - наследство жены, а 3 тыс. - заемные под поручительство своего попечителя купца Шарапова, в лавке которого он проработал около 10 лет. Сытин платил мастерам всегда больше, чем конкуренты. За брак не репрессировал: «Не выгонять же этих людей, которые чистосердечно расстраиваются». Благодаря техническим условиям в типографиях вырабатывали книгу на 50-60% дешевле, чем на других предприятиях. Его лозунгом было «Дешево и качественно». Повышая качество продукции и снижая цены, известный предприниматель смог быстро выйти в лидеры. Дешевые издания качественно не уступали дорогим, он использовал труд лучших наборщиков, художников, писателей, метранпажей. Примечателен такой эпизод: «однажды Сытину предложили напечатать полное собрание сочинений Гоголя за 2 руб. тиражом 5 тыс. экз. Он выслушал, надвинул очки на лоб, стал что-то высчитывать на бумажке, затем твердо заявил: «Не годится; издадим 200 тыс. по полтиннику». Расчет оказался оправданным».

Отличительной чертой издательской деятельности Сытина было его предпочтение к изданию книг серийно. Он писал: «Книгу надо выпускать не «одиночкой», а группами, сериями, библиотеками; отдельная книжка даже при самой животрепещущей теме может затеряться среди массы книг, а при выпуске группами книгу скорее заметит читатель. У меня всегда выходил десяток, два десятка книг, и этим создавался им более широкий путь к распространению». За 15 лет в свет были выпущены произведения Пушкина, Крылова, народные былины, стихи Кольцова, в специальных выпусках для детей – «Хижина дяди Тома», «Робинзон Крузо», «Избранные сказки» по Афанасьеву, кроме того – книги по вопросам медицины, воспитания; росли и доходы товарищества.

Также Сытин ввёл в практику издание каталогов, для того чтобы читатели, библиотекари, люди, чья деятельность была связана с продажей книг и др. знали о новинках. Задача была не в опубликовании прейскуранта, а именно в облегчении выбора книг для покупателей. Часто каталоги высылались бесплатно, и хотя содержали не только продукцию издательства Сытина, но именно она составляла их основную часть. Сейчас сложно представить книготорговлю без каталогов. Как писал Иван Дмитриевич: «Ни родители, ни учителя, ни составители школьных библиотек не имели никаких указаний при выборе книг для детей. Они терялись в огромной лавине книг, и часто должны были судить о книге по ее названию».

Перед любым издательством стоит задача создать собственную сеть распространения. Сытин, не имея еще собственного производства, научился торговать грамотно, изобрел новые ходы, которые позволили ему впоследствии быстро развиться и получить популярность и донести уже свою собственную продукцию до читателей. Сытин сделал упор на торговлю вразнос, понимая, что крестьянин за книгой никуда не поедет. С рук, точнее, с коробов, тогда торговали офени. Издателю удалось не только удачно использовать потенциал прямых продаж, но и выстроить собственную сеть, которая была более совершенна, чем стихийная торговля вразнос. Основная новация Сытина - кредит. Никто из лубочников прежде не рисковал давать офеням кредит. Впрочем, давал он деньги только избранным. Офени были любителями выпить, он же из всей массы делал ставку на водовозов, особую касту ходебщиков, на которых можно было положиться. Сытин подбирал литературу для короба офени целенаправленно. Так, в зависимости от того, куда направлялся офеня, Иван Дмитриевич формировал его короб, включая обязательно те лубки и картинки, книжки, которые еще не носили в конкретную губернию или область. Поэтому вся продукция Сытина расходилась. Чтобы офени лучше продвигали продукцию, издатель также подолгу беседовал с ними в лавке Шарапова, неграмотным он рассказывал содержание книг, раскрывал секреты торговли, консультировал их.

По словам известного книговеда Е.А.Динерштейна, удалось «коренным образом изменить характер издаваемой литературы». Народная книга, предназначенная для российской глубинки, из убогих изданий стала заметным явлением в культурной жизни страны. Сам И.Д. Сытин говорил следующее: «Я верю в будущее русского просвещения, в русского человека, в силу света и знания… Моя мечта, чтобы народ имел доступную по цене, понятную, здоровую, полезную книгу. Чтобы книга стала лучшим другом крестьянина и стала близка ему». Огромная заслуга И. Д. Сытина состояла не только в том, что он выпускал массовыми тиражами дешевые издания русских и зарубежных литературных классиков, но и в том, что он выпускал многочисленные наглядные пособия, учебную литературу для учебных заведений и внеклассного чтения, многие научно-популярные серии, рассчитанные на разнообразные вкусы и интересы. Издавались также красочные книжки и сказки для детей, детские журналы.

Среди самостоятельных изданий 80-90-х гг. отдельно стоит выделить календари. Они были разнообразны, как правило иллюстрированные, содержали заметки, статьи, разнообразную информацию, зависящую от тематики календаря. Так среди календарей были следующие: «Всеобщий Русский», «Малый всеобщий», «Общеполезный», «Киевский», «Народный-сельскохозяйств>енный», «Царь-колокол», «Старообрядческий» и т.д. Их выпускалось по 2 миллиона в год. Они имели успех среди простого населения, но прибыль приносили незначительную, и всё равно Сытин понимал, какую роль играют эти календари в просвещении людей и не отказывался от их печати. 

Хотя нельзя однозначно сказать, что издатель  действовал исключительно ради просвещения русского народа (хотя к этому и стремился), он не забывал и о коммерческой выгоде. И сейчас некоторые говорят о непоследовательности его действий в просвещении людей, о том, что он  «отдавал дань коммерческому расчёту, условиям времени, собственным религиозным настроениям». А на самом деле, иначе и нельзя. Ведь Сытин был именно издателем-предпринимателе>м. Здесь хочется привести цитату А. Игельстрома: «Издательство - один из важнейших очагов культуры и просвещения. И на издателей следует смотреть как на просветителей народа, ибо им обязаны своим появлением многие сочинения. В то же время издатель - это коммерсант. Видимо, в этой профессии ярче всего смыкается и видна общественная польза предпринимательства. Издательское дело - это обыкновенное производство, такое же, как любое другое». Но я считаю Ивана Дмитриевича именно предпринимателем – просветителем. Ведь он выпускал более трети всей издаваемой в России «духовно-нравственной» и лубочной религиозной литературы, а для интеллигенции, занимающейся самообразованием, он издал серию «Библиотека для самообразования».

По словам Л. Андреева, успех дела Сытина заключался прежде всего в том, что он «принял книгу как товар... навсегда, на всю жизнь поверил в ее «меновую» материальную ценность. Потому и вел свое дело, строго руководствуясь законами рынка». Возможно, главный секрет Сытина состоял в его убежденности, что «в России издательское дело - безгранично и нет такого уголка в народной жизни, где бы русскому издателю совсем нечего было бы делать».

Сытин издавал также и ежедневную газету – «Русское слово» (в 1897 г. Сытин получил право на её издание). В то время было крайне сложно добиться права на выпуск газеты у правительства, тем более, что Иван Дмитриевич имел репутацию либерального человека. При новом издателе, поставившем дело на коммерческую основу и стремившемся заполучить широкую читательскую аудиторию, газета превратилась в либеральный орган и на долгие годы стала объектом пристального внимания властей и цензуры. Редакция газеты располагалась в Москве, также был её филиал в Петербурге. В 1901 году в «Русское слово» пришел редактор закрытой в том же году газеты «Россия», известный фельетонист и писатель, человек либеральных взглядов В.М. Дорошевич. Сытин давно и настойчиво приглашал Дорошевича в газету, надеясь с его помощью поправить дела и избавиться от наследия Александрова(предыдущего издателя-редактора). По договору с Сытиным, Дорошевич стал фактически главным редактором, решение которого было «окончательным». С его приходом завершился процесс либерализации газеты. Немного раньше в «Русское слово» пришел журналист С. Яблоновский. Почти в то же время в газете начал сотрудничать священник Г. Петров, который за выступления против отлучения Толстого от церкви был лишен места, а затем и сана. Его статьи привлекали демократического читателя обличениями действий официальной церкви и ее руководителей.

«Русское слово» было прежде всего коммерческим изданием. Объявления, занимавшие 2 - 3 полосы в каждом номере, составляли основной источник дохода газеты (до 2 млн. руб. в год). В погоне за популярностью и подписчиками редакция иногда умышленно шла на скандал, несмотря на неизбежные в этом случае неприятности с цензурой. Дорошевич писал Сытину в 1905 году, что газеты, чтобы завоевать успех, должны стараться «выкрикнуть погромче». Боевые, с резкими нападками на существующие порядки статьи, которые в изобилии появлялись на страницах газеты в годы революции, - не что иное как такое «выкрикивание». В донесениях в Московский комитет по делам печати цензоры неоднократно обращали внимание на огромные тиражи и на опасность широкого распространения этой газеты, так как, помещая «сообщения... о бунтах и стачках», она «более других, одинакового с ней направления изданий, не имеющих такого тиража, содействовала развитию этих бунтов и стачек». В силу классовой ограниченности программы газеты она не призывала к решительным действиям, но читатель зачастую делал выводы, идущие дальше намерений редакции. Объективно «Русское слово» способствовало повышению активности широких масс. Несмотря на постоянные столкновения с цензурой и властями, «Русское слово» было «левым» ровно настолько, насколько это дозволялось законом.

Сначала тираж «Русского слова» составлял 17 тысяч экземпляров, а в 1916 году он дошёл до 700 тысяч. В редакцию нескончаемым потоком шли письма, телеграммы, звонки со всей России, в газете отражались события, происходившие почти во всех губерниях страны. Так что даже председатель Совета министров С.Ю. Витте отметил оперативность опубликования новостей в газете: «Такой быстроты собирания сведений нет даже у правительства». Действительно, широко была поставлена информация по России и за рубежом. «Русское слово» часто называли «фабрикой новостей».

В 1900 - 1917 годах в качестве воскресного приложения к газете выходил иллюстрированный еженедельник «Искры», печатавший беллетристические произведения, политическую и театральную хронику, научно-популярные статьи, фоторепортажи, создаваемые собственными корреспондентами.

После Октября 1917 газета была закрыта постановлением Президиума Московского Совета рабочих и солдатских депутатов 27 ноября (10 декабря) 1917 за клевету на Советскую власть. В 1918 году выходила под названием «Новое слово», «Наше слово» и вскоре была закрыта окончательно. 

Но деятельность в области издания периодики не ограничивалась выпуском «Русского слова». Его издательству принадлежали также журналы «Вестник спорта и туризма», «Вестник школы», «Для народного учителя», «Заря», «Мирок», «Модный журнал», «Нужды деревни», «Пчелка», «Искры» и т.д., – часть из них была приложением к «Русскому слову». Кроме журналов, издательство принимало участие в выпуске газет «Дума», «Русская правда», «Правда Божия» и др. В последние годы перед революцией фирма Сытина имела в Москве газеты «Раннее утро» и «Вечерние известия». В 1916 году Сытин купил издательство А.Ф. Маркса с самым распространенным в стране журналом «Нива».

В 1892 году товарищество стало выпускать журнал «Вокруг света», купленный у братьев Вернеров. Чтобы издание встало на ноги, Сытин привлек таких именитых авторов, как Д.Н. Мамин-Сибиряк, К.М. Станюкович, художника Н.Н. Каразина. Если исходный тираж не превышал 5 тысяч экземпляров, то через год достиг 15 тысяч. В качестве приложений к журналу стали выходить произведения Жюля Верна, Майна Рида, В. Гюго, А. Дюма и др. Этот журнал часто называют самым любимым журналом Ивана Дмитриевича.

У Сытина был поразительный подход к своей деятельности. Он всё старался преподнести интересно, красочно, доступно, при этом доступно и качественно. Он был креативным, наблюдательным, учитывал детали, умел и не боялся рисковать. И не смотря на то, что вопрос прибыльности играл существенную роль, но вопрос просвещения народа был важнее и был реализован «на ура». Вероятно именно поэтому мы до сих пор вспоминаем Ивана Дмитриевича именно как просветителя, издававшего книги, а не просто как известного издателя.

Список использованной литературы:

 Глухов А. Издатель-предприниматель И.Д.Сытин: 1851-1934. К 150-летию со дня рождения. М. 2001.

Динерштейн Е.А. И.Д.Сытин. М. 1983.

К. Коничев "Русский самородок" Повесть о Сытине (СПб, 1966)

С.Махонина История русской журналистики начала XX века. М.: Флинта: Наука, 2004 г.

Н. Мирецкий "Первая Образцовая типография, 1876-1933. Материалы из истории" (М., 1933)

"Очерк издательской деятельности Т-ва И.Д. Сытина" (М., 1910)

Полвека для книги: 1866-1916. Литературно-художественны>й сборник, посвященный 50-летию И.Д.Сытина. М. 1916.

Рууд Чарльз. Русский предприниматель московский издатель Иван Сытин. М. 1996.

Сытин И.Д. Жизнь для книги. М. Изд. 2-е, 1985.